Когда МЫ влюбляемся
, нами правит отнюдь не здравый смысл, а многочисленные мифы, которые облепили окружающую нас реальность, как полипы – днище много странствовавшего корабля. Мы уже и знать-то не знаем, каков на самом деле мир вокруг нас. Хуже того – мы даже и не подозреваем, чего на самом деле хотим и что с нами происходит, потому что и сами со всех сторон обросли некими мифическими представлениями о себе. Мы ведь даже в зеркале видим не себя – или, точнее, не совсем себя! Вам, например, никогда не приходилось изумляться, случайно встретившись взглядом с изображением в неожиданно возникшем на пути зеркале – это еще кто, такой сутулый, лохматый и с неприветливым выражением лица? Вот-вот. Кругом – мифы. Вы ведь, кажется, всегда полагали, что у вас изящная походка и неотразимая улыбка?
Но чемпионом по количеству мифов – если бы кому-нибудь пришло бы в голову устроить такое странное соревнование, — уж точно можно считать ЛЮБОВЬ. Миф о вечной любви, миф о любви с первого взгляда, миф про то, что «они жили долго и счастливо и умерли в один день»… ох, лучше не продолжать. Похоже, человечество просто-таки поставило своей целью сочинить о любви как можно больше сказок.

Зачем, спросите вы? Ну конечно же, чтобы как можно хуже представлять себе, что это такое на самом деле…

И похоже, что в этом человечество вполне преуспело. В смысле – чтобы ничего о любви не знать, ничего в ней не понимать — и в результате создавать себе немыслимое количество проблем. Спросите у любого психотерапевта, с чем у его клиентов самые большие сложности?

Разумеется, с любовью. С любовью к детям. С любовью – или с нелюбовью — к брачному партнеру. С несчастной любовью. С любовью к родителям. С любовью к себе, в конце концов. Ох уж эти клиенты! Сначала придумают себе немыслимое количество сказок про любовь, а потом сами же с ними мучаются. Заметьте: не из-за любви мучаются, а исключительно из-за собственных мифов о ней! Может, все-таки попробовать разобраться с любовными представлениями бестолкового человечества?

Миф первый: никто не знает, что такое любовь. Собственно говоря, этот миф можно считать мифом по одной простой причине: про все остальное, что существует в этом мире, тоже никто ничего не знает. А вот поди ж ты – почему-то по этому поводу человечество не беспокоится! Люди умудряются создавать модели деления атома, рождения Вселенной, функционирования экосистем и всего прочего, чем интересуется современная наука. А любовь все норовят то к чистой физиологии свести, то вообще объявить непознаваемым феноменом. А что если нам с вами попытаться построить модель истинного любовного общения? Слабо?
Давайте рискнем. Итак, возьмите две аудиокассеты(если оно у Вас сохранились.Если нет,то подойдут две одинаковые по размерам книги) и попробуйте каждую из них поставить на самую маленькую сторону. Чем не модель человеческого общения? Не верите? Тогда пойдем дальше.
Сколько способов поставить две эти кассеты друг относительно друга вы нашли? Один? Мало. И даже два – мало. Правильно, есть только три таких способа. Эти две кассеты могут стоять поодаль друг от друга, никак не соприкасаясь, — и это будет вполне точная модель отсутствия каких бы то ни было отношений. Ну не имеют люди между собой никаких контактов, и все тут!
Можно – хотя, правду говоря, очень сложно – прислонить эти кассеты друг к другу. Чтобы сотворить такую конструкцию, вам придется основательно потрудиться, — зато в результате вы получите изумительно точную модель того, что в обыденной жизни почему-то называется настоящей любовью! Один без другого просто-таки жить не может; стоит убрать одну кассету, и у другой останется весьма небогатый выбор – либо тут же рухнуть лицом вниз, либо начать носиться с большой скоростью в поисках какой-нибудь третьей кассеты, которая согласится заменить собой утраченную подпорку. Что и говорить – просто Ромео и Джульетта!
Могут эти две кассеты стоять и совсем вплотную друг к другу – так, что между ними и просвета никакого не будет. Но при этом каждая из них будет стоять на своих собственных «ногах»! То есть одну из них вполне можно будет убрать, — а другая при этом останется стоять, даже не шелохнувшись. Вот вам и модель иных – возможно, они-то и есть настоящие – любовных отношений…
Миф второй: любовь – это потребность друг в друге. Замечали, как часто двое влюбленных – неважно, в книгах, на экране или в жизни – говорят друг другу: «Я без тебя жить не могу… Я в тебе нуждаюсь… Я не представляю себе своей жизни без тебя…» — и прочие исключительно приятные вещи? И даже если забыть о том, что далеко не все уходят из жизни вслед за любимым или любимой, – все равно такое представление о том, что же такое любовь, весьма любопытно. Получается, что любовь – это потребность в другом человеке. Как вам это нравится?!
Вы, конечно, можете возмущенно сказать, что очень даже нравится, и вообще – именно в этом и есть суть истинной любви… Вот только не стоит забывать, какой глагол образуется в русском языке от слова «потребность». Да-да, именно «потреблять»! Идея проста: «ты мне нужен (или нужна)» — «у меня потребность в тебе» — «я тебя потребляю». Есть и еще одна весьма распространенная вариация на ту же тему: любовь – это когда на человека можно опереться. Тут уж и вовсе все очевидно: я употребляю тебя в качестве опоры. Что и воплощает совершенно явственно наша вторая – наклонная — модель «взаимоотношений двух кассет». В таком варианте идея потребности в другом человеке вам все еще продолжает нравиться?
Миф третий: в любви один целует, а другой подставляет щеку. То же самое можно сформулировать и по-другому: в любви всегда один больше привязан, чем другой. Весьма стойкое, кстати, заблуждение. Однако если вам все же удалось выстроить «домик» из двух прислоненных друг к другу кассет, то вы теперь точно знаете: сделать это можно только в том случае, когда наклонены обе кассеты. Причем обе – под одним и тем же углом. Невозможно выстроить такую конструкцию, чтобы одна из кассет стояла прямо, гордо и уверенно, а другая – жалкая и зависимая – прислонялась бы к ней сбоку. Не верите – попробуйте!
Как вы понимаете, это обозначает только одно: в любви – по крайней мере, в той, моделью которой и является «домик» из кассет – не бывает безразличной стороны. Оба всегда зависимы друг от друга в равной степени. Правда, не обязательно каждый из двоих называет свою зависимость любовью, — но это уже неважно. Главное – обожаемый нуждается в обожателе не меньше, чем обожатель в обожаемом. И утрать «обожаемая кассета» свою привычную подпорку, сделанную из чьей-то любви, преклонения, восхищения – ей тут же придется искать новую, сотворенную точно из того же.
Миф четвертый: любовь – это прекрасное и естественное состояние человека. Ох, как же не хочется считать это мифом, верно? Тогда уточним: речь опять-таки идет только о той любви, которая в виде «домика из кассет». Правда, грустно, но почему-то именно такой тип отношений встречается чаще всего – и не только, кстати, в любви между мужчиной и женщиной. Каким-то загадочным образом отношения между друзьями, родителями и детьми, начальниками и подчиненными нередко оказываются устроенными по тому же самому принципу.
И все-таки – что же неестественного и ужасного в пресловутом «домике»?
Ответ прост: зависимость. Обратите внимание, как похожи между собой различные зависимые состояния: и наркоман, и курильщик, и человек, страдающий так называемой «пищевой зависимостью», и влюбленный, когда предмет их страстной привязанности (наркотик, сигарета, еда или любимое существо) недоступен, просто не в состоянии думать ни о чем другом. Они полностью зависимы – а от чего, уже не столь важно. В самом деле, какая разница, от чего страдать – от наркотической ли ломки, суровой диеты или разлуки с любимым? Важно, что во всех этих случаях человек полностью лишен способности быть самим собой. Иначе говоря, он не в состоянии стоять на своих собственных ногах – как и пресловутые кассеты, обреченные быть друг для друга подпоркой.
Миф пятый: любовь – это самый глубокий и интимный контакт между двумя людьми. Ну, с этим мифом вы вполне разберетесь и сами – на примере нашей с вами второй «модели любовных отношений». В самом деле, если уж вам удалось выстроить эту исключительно неустойчивую конструкцию из двух кассет, то вы наверняка обратили внимание на то, как мала площадь их соприкосновения – или, иначе говоря, контакта. Честно говоря, ни одну из кассет не слишком интересуют тонкости внутренней жизни другого участника контакта – достаточно, чтобы угол его наклона обеспечивал успешное выполнение им роли подпорки, подставки, опоры и т.д. Как знакомо, не правда ли – разве вам ни разу не приходилось, будучи страстно влюбленным (или влюбленной), терзаться ревнивой обидой на любимого человека за то, что он посмел пожелать побыть один вечер в одиночестве? Как это может быть – чтобы ему одному было лучше, чем нам вместе? Значит, он любит меня не так сильно, как я его! Вот мне, например, никогда не хочется побыть одному… И так далее, и тому подобное.
Кстати, даже в физике понятие «контакт» предполагает наличие двух отдельных физических тел. Когда кто-то говорит вам: «Мы с тобой – одно целое», знайте – вы стали подпоркой и совершенно перестали интересовать своего партнера как отдельная личность.
И где же тут, скажите на милость, глубина контакта и понимания? Впрочем, и то сказать – ведь и алкоголика не слишком интересует химический состав и тонкость очистки употребляемой жидкости. Лишь бы была – и в достаточном количестве. Ничего не напоминает?
А если всерьез? Вот так вот и получается, что та модель любовных отношений, которая предполагает зависимость от другого человека, привязанность к нему, опору на него, невозможность без него жить никакого отношения к любви не имеет – только к целому букету накопившихся за века мифов. И как только человек принимает за любовь именно такие отношения – беды не избежать. Тяжелейшие эмоциональные и сексуальные зависимости, неспособность ни в чем отказать любимому человеку, мучительнейшие привязанности к собственным детям или родителям, трагедии предательства, суициды… Всего, пожалуй, и не перечислишь.
Так есть ли альтернатива всем этим ужасам? Конечно же, она имеется – ведь мы с вами еще не рассмотрели как следует третью модель взаимоотношений между кассетами – и между людьми соответственно. Посмотрите на эту изумительную конструкцию: две кассеты стоят рядом, близко-близко и в то же время совершенно независимо друг от друга. А уж какая площадь контакта!.. С точки зрения геометрии больше этот контакт и быть-то не может!
Вот и представьте: два человека, надежно стоящие на своих ногах, вполне способные устроить свою жизнь вполне самостоятельно, умеющие и в одиночку быть счастливыми (всенепременнейшее условие!) вдруг по каким-то одним им ведомым причинам решили постоять рядом. Каждый из них при этом ни на секунду не теряет своей самостоятельности. Да, разумеется, столь близкий – и по-настоящему интимный — контакт создает свои ограничения, — но зато у каждого из двоих в любой момент есть возможность отойти в сторону, твердо зная, что оставшийся не упадет, не станет несчастным, не покончит с собой и не изломает всю последующую жизнь – он прекрасно сможет и в одиночку быть счастливым. Хотя, конечно, все при этом будет совершенно по-другому. ..

Значит, первое, что нам нужно сделать – это, как всегда, определиться с самим понятием взрослости. Итак, кто у нас в обществе обычно называется взрослым человеком?

Первый и наиболее очевидный ответ: тот, кто по закону достиг совершеннолетия. В восемнадцать лет человек обретает право избирать и быть избранным, отвечать за уголовные преступления по всей строгости, водить автомобиль, создавать семью и пр.

Есть, конечно, и другие варианты ответов. Возникают они из очевидности того, что восемнадцатилетний человек весьма нередко находится на полном содержании у родителей и потому серьезно ограничен в своих поступках. Потому одно из самых распространенных представлений о взрослости звучит так: человек становится взрослым, когда начинает сам себя обеспечивать. Спору нет, критерий очень значимый. Вот только не однажды ко мне на прием мамы ПРИВОДИЛИ тридцатилетних «детей», самостоятельно зарабатывающих весьма неплохие деньги. Вы готовы были бы счесть их взрослыми?

Еще один миф – человек становится взрослым тогда, когда начинает жить отдельно от родителей. Но вы ведь наверняка видели самостоятельно живущих, отнюдь не юных, высокооплачиваемых людей, которые каждый день звонят своим мамам – причем вовсе не потому, что так уж сильно по ним скучают, а потому, что мамы этого требуют. Они – взрослые?

Следующая, не менее странная идея: взрослый человек – это тот, кто уже создал собственную семью. А если вспомнить о двадцатилетних супругах, живущих на родительские деньги? Или о сорокалетних мужьях (да, впрочем, и женах), которые ни одного шага не предпримут, если он не будет одобрен мамой? Их вы готовы называть взрослыми?

И, наконец, есть еще один миф, распространенный в основном среди детского населения. Этот вариант тщательно насаживается в юные, неокрепшие головы родителями: дескать, вот станешь взрослым – поймешь, почем фунт лиха. Узнаешь, что такое вкалывать чуть ли не сутками, ограничивать себя во всем, ночами не спать, сидя над плачущим дитятей… Список ужасов может быть дополнен или видоизменен в зависимости от фантазии и жизненного опыта родителей.
Спору нет, все вышеописанные прелести имеют место быть во взрослой жизни. Вот только ребенок, слушая это с регулярностью, достойной лучшего применения, привыкает к мысли: быть взрослым – настолько мучительно, неприятно и сложно, что лучше вовсе никогда им не становиться. В самом деле, какой здравомыслящий человек по доброй воле согласится на все те страдания, которые им пророчат добрые воспитатели?!

Кстати, а что означает само слово «воспитание»? Про «питание» все вроде бы и так понятно, а приставка «вос-» в русском языке обычно обозначает либо увеличение, подъем (как, например, в слове «восхождение»), либо повторение (как в слове «воссоздание»). Получается, что весь сложнейший и тончайший комплекс действий по взращиванию ребенка сводится всего лишь к повторяющемуся – или возрастающему — питанию. Ужасно? Только дети, растущие в диких природных условиях (например, в африканских племенах или у южноамериканских индейцев), начинают считаться взрослыми людьми с того момента, когда оказываются способными удовлетворять все свои чисто физиологические потребности без помощи взрослых. И не просто считаются, а сами их и удовлетворяют! И по данным исследований, такие дети до пяти лет значительно опережают по физическому и психическому развитию своих сверстников в западных странах. Правда, потом они начинают столь же стремительно отставать – но это уже связано с ограниченностью самих условий их существования.
Посему я и рискну сформулировать такое представление о взрослости: взрослым можно считать только того человека, который САМ РЕШАЕТ ВСЕ СВОИ ЖИЗНЕННЫЕ ЗАДАЧИ. И не надо говорить, что мы возвращаемся к тому, что взрослый – это тот, кто сам зарабатывает себе на жизнь! Это совсем не одно и то же. Потому что под жизненными задачами я имею в виду не только материальное самообеспечение. Ведь решить, чем заниматься в жизни, за кого выходить замуж, чем гордиться, а чего стыдиться, чего, наконец, хотеть в каждый конкретный момент времени – это тоже вполне жизненные задачи! И для того, чтобы уметь их решать, необходимо так немного: нужно понимать, чего хочешь, трезво и тонко ориентироваться в реальности – ведь именно в ней и решаются жизненные задачи, — и владеть необходимыми способами их решения. Все. Больше ничего для того, чтобы быть взрослым, не нужно.

У нас остался один вопрос: а что же делать, если наши родители все-таки игнорировали исконное значение слово «воспитание» и делали все, чтобы, по их мнению, мы выросли счастливыми, а на самом деле растили нас вечными детьми? Им так было удобнее: ведь пока мы дети, они нам нужны. А что же им еще делать, если они сами – не взрослые и ничего у них в жизни нет, кроме нас?

Ответ прост: учиться всему этому самостоятельно. Как?

И снова все просто. Учиться отделять свои желания от желаний родителей и прочих значимых людей, от того, чего принято желать. Учиться, в конце концов, вообще обращать внимание на собственные чувства! Это – первое.

Второе: проверять свои представления о реальности на практике, а не считать, что в мире есть что-то, само собой разумеющееся! Например, вы уверены, что нечто невозможно? А трезво, убедительно и последовательно обосновать свою точку зрения можете? Нет? Тогда какая же это точка зрения? Это – фантазия.

И третье: пробовать РАЗНЫЕ способы действия. Не два, не три, а много. Очень много. Тогда есть шанс, что в это «много» попадут те способы, которые работают. Вот, собственно, и все, что нужно для того, чтобы повзрослеть.

Во-первых, чтобы другой человек не интерпретировал в далекую от реальности форму ваше поведение, и на это основании не делал ложных выводов и соответствующих им поступков. Пример: человек поругался на работе, возвращается домой не в духе, молчит, ничего не говорит. Партнер, видя все это, может проинтерпретировать поведение первого таким образом, что мама не горюй, особенно если накануне усомнился в своей красоте, умности и ценности.

Во-вторых, искренние отношения позволяют узнать друг друга реальными, там где нет места для интерпретаций, все открыто и ясно, то нет места для фантазий и подозрений, и тогда в отношениях развивается доверие.

В-третьих, искренность помогает отсеять тех, кто не согласен вас любить таким какой вы есть, и привлечь тех, кто как раз любит именно то, чем вы являетесь. И тогда не надо прикидываться кем-то другим.

В-четвертых, искренность перед другим — это опыт разрешения себе быть таким, какой я есть, во всех своих недостатках и слабостях. И в случае, если в ответ вы получаете положительную обратную связь, ваши больные места в отношениях заживают. Но конечно есть риск, что отвергнут, и вы будете ретравмированы, ретравматизация — повод донести до другого человека, что с вами так нельзя, и если он хочет продолжать отношения, ему придется принять это во внимание.

Искренность требует много мужества, кто не готов встречаться с болью и уязвимостью, тому доверительных, надежных и теплых отношений не построить.

Если вы не искренни, вы даете другому человеку повод верить в то, чем вы не являетесь. Например, вы врете, что вам что-то подходит, соглашаетесь на что-то, что вам не подходит, и тогда не стоит удивляться, что с вами ведут себя так, как вы не хотите. Такая неискренность собственно и есть ответственность жертвы в отношениях. Вы в этом месте равнодушны к себе, неуважительны, вот и другой думает, что с вами так можно.

/Анна Паулсен/

Раньше это можно было списать хоть на то, что запретный плод сладок, а сейчас-то на что?! Ничего себе — запретный плод, если и книги, и журналы, и фильмы! И на наследие прошлого, когда в СССР секса не было, уже не спишешь: во-первых, то когда было, а во-вторых, те, кто родился после СССР, тоже про секс говорят много, со вкусом и разнообразно.

Я вижу три возможные причины. Первая: в само понятие секса вкладывается много больше, чем там по сути имеется. Вторая: собака, которая лает, как известно, не кусает. Не исключено, что и с сексом так: тот, кто им успешно занимается, на эту тему не слишком много распространяется, а вот те, у кого с этим проблемы… И третья: помог населению добрый Фрейд, объяснил, что стремление к сексуальному удовольствию — движущая сила всего на свете. Так как же про него не говорить, если он — самое главное в жизни?

Давайте разбираться по порядку. Итак, весьма вероятно, что сексом люди называют слишком многое. Иначе говоря, мужчины хотят секса, а женщины — любви, а занимаются при этом одним и тем же. Строго говоря, секс как таковой — всего-навсего физиологическая потребность, причем не из тех, которые жизненно необходимы. То есть для выживания человечества в целом секс, конечно, совершенно необходим, а вот для каждого отдельно взятого человека — вовсе нет. Живут же на свете монахи и старые девы любого пола — и не умирают! И дети, не вошедшие еще в возраст плотских утех, как-то умудряются продолжать жить, и люди, уже вышедшие из этого возраста, живут… Нет, все они, ясное дело, в конце концов умирают — но ведь не из-за отсутствия же секса!

А вот когда человек забывает об этом, определенном самой природой статусе секса, начинаются большие неприятности. Женщина полагает, что раз уж мужчина провел с ней ночь, то он, разумеется, ее любит. А если любит — значит наверняка мечтает на ней жениться. Получается, что для многих людей секс, любовь и семья — практически синонимы. Ну ладно, семья, может, еще и из другой оперы, но уж секс-то и любовь обязаны быть неразрывно связанными! Ну объясните мне ради бога, почему?! Мы же не считаем, что, если мы с кем-то вместе поели, значит, этот кто-то к нам неравнодушен.

Однако все вышесказанное — исключительно о тех отношениях, в которых секс является первой причиной их возникновения. Именно в этих случаях развод случается довольно скоро после свадьбы, и называется это загадочным выражением «любовь прошла».

Но существует ведь и совсем другое общение в постели — то, которое происходит исключительно как продолжение и развитие интереса к любому проявлению близкого человека. В самом деле, в постели он ведь тоже как-то проявляется — мне же интересно, как именно? Недаром ведь в русском языке (да, насколько мне известно, и в других языках тоже) существуют два совершенно различных выражения — заниматься сексом и заниматься любовью. С этой точки зрения вместе гулять, есть, разговаривать — тоже заниматься любовью. И таким парам и измена не страшна, если речь идет о занятиях сексом с кем-то другим, и возрастное угасание сексуальных потребностей и возможностей нипочем. Так что это вообще не про секс.

Кстати, в этом случае пол близкого человека особого значения не имеет. И тогда образование однополых пар — совсем не обязательно про нестандартную сексуальную ориентацию. Сексуальная ориентация — это ведь изначально про то, особи какого пола вызывают физиологическое возбуждение.

Переходим ко второй версии — про то, что разговаривают о сексе те, у кого с ним проблемы. Конечно, сразу подмывает возразить: а разве о сексе не болтают этакие сексуальные «истребители», которые гордятся звездочками по числу одержанных постельных побед? Их же хлебом не корми — дай похвастаться очередным приключением и обсудить его подробности в сравнении с предыдущими. А вы для примера вспомните знаменитый «Секс в большом городе». Миллион серий — про поиски секса в этом самом пресловутом большом городе. И какой-никакой секс-то вроде постоянно есть, а фильм все идет и идет! Что-то же этих милых девушек не устраивает в том сексе, который они имеют, — иначе про что фильм снимать? Для драматургии-то конфликт нужен — иначе и смотреть неинтересно… И тут вопрос не в количестве секса и даже не обязательно в его качестве. Речь ведь на самом деле идет о несоответствии реального желаемому, а это обычно в повседневной жизни и называется проблемой. Или вы знаете какие-то проблемы, которые нельзя свести к названной формуле?

Знаете известную идею: кто умеет делать, тот делает, а кто не умеет, тот учит, как надо делать? Вот и с сексом так же: ведь все словесные показательные выступления на тему собственной сексуальной успешности или даже просто возможных вариантов постельных занятий отнимают определенное количество энергии, как и любое другое действие. И, значит, эта энергия уже не сможет пойти по назначению — на собственно телесные радости. Зачем же было бы так расточительно расходовать силы, если бы была возможность приложить их с большим и более реалистичным эффектом?

У нас остается третья версия — про великое учение Фрейда. Смотрите, как интересно: учение великого Фрейда основано на допущении, что сексуальная потребность является биологически первичной и основной. При этом предполагается, что все прочее, что человек делает в те несчастные часы, когда он не занят сексом, — всего лишь неадекватное приложение невостребованной сексуальной энергии.

«Женщина полагает, что если мужчина провел с ней ночь, то он, разумеется, ее любит. И мечтает жениться.»
Любое творчество — утеха несчастных в сексе людей. Но в современной науке полагается проверять не только гипотезу, но и обратную к ней. Помните знаменитый парадокс Эйнштейна: если верно некое утверждение, то верно и обратное к нему? Так вот тогда нам стоит предположить и обратное: первичной и основной является как раз творческая энергия. Кто может ее пристроить по назначению — творит, кто не может — усиленно занимается сексом. При этом я под творчеством понимаю любой акт создания чего-то нового, чего доселе в природе не существовало и что приобретает самостоятельное живое существование после сотворения. Кстати говоря, животные занимаются сексом тоже не круглый год, а исключительно в целях зачатия — тоже ведь своего рода творчество. Придумать новый рецепт торта — творчество, звезду открыть — творчество, даже начать улицу мести не просто так, а как-нибудь эдак — тоже ведь творчество! Я не утверждаю, что эта гипотеза вернее, я про то, что она равноправна с фрейдовой. Так что ее тоже неплохо было бы рассмотреть.

Позвольте себе бывать непосредственной.
Закапываться на пляже в песок. Носить смешные шапки и шляпки. Прыгать от радости, когда тебе дарят подарок. Ловить снежинки ртом. Плавать во время дождя или грозы. Рисовать на стенках дома. Петь смешные песенки. Выпрыгивать на мужа из-за угла. Показывать кому-то язык. Обидевшись, называть мужа «Чупакаааброоой». Пить молоко из пакета. Сорвать яблоко и съесть не отходя от дерева. Устроить дома показ мод со съемкой на видео. Мало ли «милых глупостей» мы могли бы делать, если бы не запрещали себе?

В каждой маме живет маленькая девочка. Иногда, правда, она там не живет, а пытается выжить. Умоляет ее заметить. Иногда ее так далеко прячут, что даже самим не найти. Но она там есть.

И она делает наши глаза сияющими и счастливыми. Такую женщину нельзя не любить. Пусть ей восемьдесят, а она на санках с правнуками рассекает! Или делает педикюр с ярко-розовым лаком. Или спальню себе упорно красит в розовый.

Пусть это выглядит глупо и странно. Какая разница, как это выглядит? Важно ведь, как внутри!

А внутри каждой мамы, бабушки, прабабушки, женщины всегда живет маленькая девочка. Всегда.

Не надо страшиться расставаний! Все, что ваше, обязательно вернется. Неделя, месяц, год — не имеет значения. Все ваше обязательно вернется, точнее, оно толком и уйти-то никуда не сможет. Вроде бы решили, что все, конец, а жизнь постоянно сталкивает и сталкивает вас на жизненном пути
Но близко друг к другу подойти не дает, потому что каждому из вас нужно время, чтобы дозреть. Дозреть друг для друга или для других партнеров — никто не знает, чем в итоге закончится ваша пауза. Временами точки превращаются в запятые, а иногда повисают в воздухе неоднозначным многоточием…

Мы сильно боимся расставаний, но еще сильнее мы боимся сближений. И вот тут, поди попробуй, выбрать из двух зол меньшее )) Шаг навстречу — рушатся личные границы, растворяется эго, где ТЫ, где ОН(ОНА) ??-страшно.
Два шага назад гораздо безопаснее,
Вот так и танцуем — шаг вперед, два назад.

Чтобы подпустить близко другого, необходимо учиться познавать самого себя. В каждом из нас есть и свет, и тень . Научиться принимать свою тень, научиться любить того, кто внутри, научиться быть благодарным тому, что уже есть в каждом из нас.
Часто мы бросаемся завоевывать другого человека, толком еще даже и не познав себя.
Зачем бросаться-то? Зачем завоевывать?)
Углубляйтесь, изучайте то, что есть внутри каждого из нас,
И ОБЯЗАТЕЛЬНО придет ВЕСНА ДУШИ !
и цветы распустятся сами.
Люди не встречаются случайно, каждая встреча имеет какой-то смысл, только вот что за смысл — не всегда удается легко разгадать, по крайней мере, не сразу )
Большое видится на расстоянии.
Чем более глубокий и тонкий мир вы открываете внутри себя, тем более устойчивым (но не бесчувственным) становитесь к изменениям внешней среды.
Если внутри светит солнце, то есть ли разница, какая погода за окном? Дождь так дождь, снег так снег, буран так буран Помните, какая надпись была на кольце царя Соломона?
«Все проходит, и это тоже пройдет!»
Паузы однажды заканчиваются, расставания снова сменяются встречами, какими встречами — время покажет, а пока, каждому из нас есть, чем заняться

Развивайтесь, расцветайте, раскрывайте заложенный в вас потенциал, учитесь дарить тепло и заботу своим близким, а любовь однажды придет сама, обязательно придет!

Имеет место даже такая весьма уважаемая точка зрения: все, что придумало человечество до сего момента, придумано исключительно для того, чтобы удержать в неких приемлемых рамках естественную агрессию человека – того человека, который есть, без всякого сомнения, часть животного мира (а кто же мы еще – ведь не растения же?). Тогда получается, что и государство, и искусство, и наука — все существует сугубо, чтобы мы с вами друг друга не попередушили. Каково?
Не будем спорить с уважаемыми философами и социологами, допустим, что им в этом тонком вопросе виднее. Однако как бы нам все-таки разобраться с этой пресловутой агрессией? Если подумать, взаимоотношения с нею весьма портят нам жизнь, — ведь далеко не каждый умеет принимать и использовать собственную агрессию. Намного чаще мы принимаем на веру общепринятые представления – или, иначе говоря, мифы о том, что такое агрессия.
Миф первый: агрессия – это злость (ярость, раздражение, бешенство и т.п.). Иначе говоря, агрессия – это некая сильная отрицательная эмоция. Но так ли это? Само по себе слово «агрессия» в переводе с латыни обозначает, между прочим, «нападение» — то есть некое действие. Казалось бы – какая разница?
А разница все-таки есть. Подумайте сами: эмоции – штука, нам в принципе не подчиняющаяся. Мы ведь не можем по заказу успокоиться или, наоборот, разгневаться. И обычно никому не удается по собственному желанию ни разлюбить, ни влюбиться. И никто еще не сумел просто так, за здорово живешь, перестать стыдиться собственной фигуры, обижаться на своего супруга или тревожиться за свое здоровье. То есть можно, конечно, изменить свое отношение к тем или иным вещам – и в результате вас начнут посещать несколько иные, чем прежде, чувства. Или можно начать вести себя как-нибудь по-новому. А еще один (великолепный, кстати!) вариант – изменить окружающую вас действительность. Ведь все наши эмоции возникают не иначе, как из различных наших соприкосновений с миром. Меняемся мы или мир – и эмоции становятся другими.
Можно сказать и по-другому: мы вообще не можем отвечать за возникновение у нас тех или иных эмоций. И совсем другое дело – наши действия. Уж за них-то мы отвечаем в полной мере! За исключением, конечно, тех, кто имеет полное право ни за что не отвечать, потому что состоит на учете у психиатра. Да и там много разного люда попадается…
Иными словами, мы не можем перестать раздражаться по тому или другому поводу, но зато вполне в состоянии осознанно принять решение – выразить нам это раздражение в полной мере, сдержаться и проявить его относительно интеллигентно или вовсе скрыть его от окружающих.
Интересным получается происхождение первого из рассматриваемых нами мифов: выходит, нам очень выгодно считать агрессию эмоцией, чтобы можно было за нее не отвечать?
Миф второй: худой мир лучше доброй ссоры. В принципе, на межгосударственном уровне это, наверное, вполне верно. А вот на межличностном…
Представьте себе, например, тривиальную до зубной боли ситуацию: муж – буйный алкоголик, который, будучи в запое, вполне способен отлупить не только жену, но и малолетних деток, вынести из дому все мало-мальски ценное (прочие ужасные варианты каждый может додумать по своему усмотрению). И кто осудит жену, которая вместо сохранения «худого мира» в какой-то особо нестерпимый момент идет на «добрую ссору»?
Или другой вариант, широко известный в народе под названием «кто везет, на том и едут». Работаете вы, например, под началом собственного друга. То есть друг-то он, собственно говоря, скорее по статусу, потому что на деле он просто-напросто бессовестно пользуется тем, что вы не в состоянии ему отказать. Задания вы получаете самые сложные – потому как кому ж еще их поручить, как не лучшему другу? А вот заработки ваши выглядят довольно смехотворно – опять же, кому, как не вам, войти в сложное финансовое положение вашего друга-начальника? И что вам дает в таком случае ваш «худой мир» — сохранение дружбы? А она – такой, как она есть – того стоит?
Миф третий, вытекающий из второго: быть агрессивным — некрасиво. Вот мы и стараемся изо всех сил этот худой мир сохранить – и нередко платим за это в сто раз большую цену, чем пришлось бы отдать в случае даже самой отчаянной ссоры. И, между прочим, эта цена отнюдь не всегда выражается в нервных клетках и плохом настроении.
Однажды на прием к психотерапевту пришла женщина по направлению – от кого бы вы думали? – от стоматолога. Но психотерапевт недолго удивлялся этому странному факту: женщине достаточно оказалось открыть рот, чтобы казус получил свое разъяснение. Все ее зубы оказались равномерно стесаны под корень! Протезист, к которому она обратилась, был достаточно грамотен и сообразителен: он просто отказался что бы то ни было делать, пока она не проконсультируется у психолога. Помните поговорку «скрипеть зубами от ярости»? А теперь представьте себе, сколько раз в своей жизни она пыталась сохранить на лице милую улыбку, когда больше всего на свете ей хотелось задушить собеседника? И еще вообразите, сколько тысяч раз ее интеллигентные родители повторили ей в ее детстве, что голос повышать нельзя ни на кого, злиться совершенно непозволительно, а уж замахиваться на людей – просто смертный грех!
Бедняге-психотерапевту тоже пришлось несладко: ведь его главной задачей стало помочь женщине найти другие способы обращения со своей агрессией. И легко было предположить, что первым объектом для проявления этой самой агрессией станет он сам. Именно так и произошло, – но через полгода. Именно столько времени у них ушло на то, чтобы женщина впервые в жизни – правда, продолжая вполне явственно скрипеть зубами от бешенства – произнесла простую фразу: «Мне не нравится, как вы со мной разговариваете». К протезисту женщина попала – ни за что не угадаете! – только через полтора года! Понятно, что вся эта история имела место за несколько лет до разгула рыночных отношений в стране – иначе протезист сообразил бы озолотиться, каждые полгода меняя несчастной страдалице протезы.
А ведь причина проста: по какой-то загадочной причине (правду сказать, не совсем загадочной, но это уже отдельная история) родители нашей самоистязательницы исходили из того, что покой и душевный комфорт окружающих несравненно дороже и ценнее, нежели покой и комфорт их родной дочурки. Альтруизм, будь он неладен!
Но есть у этой грустной истории и другая сторона. Бедный психотерапевт – страшно даже подумать, сколько ему пришлось вытерпеть! – через полтора года сказал своим коллегам: «У нее почти всегда глаза совершенно белые от злости»… Надо думать, когда она на протяжении всей своей взрослой жизни изо всех сил пыталась скрыть от окружающих свою злость, раздражение, негодование и прочие степени возмущения ими, — эти самые окружающие все равно все прекрасно знали. Или, по крайней мере, догадывались. И зачем было, спрашивается, огород городить?!
Миф четвертый: любая агрессия – это здоровое стремление человека добиваться своего. Что ж, так-то оно так, оно-то, конечно, и верно… Но не стоит забывать, что речь в данном случае идет исключительно о некоей здоровой агрессии, которая, ясное дело, действительно есть всего-навсего попытка человека расширить свое жизненное пространство. Мы же чаще всего в жизни встречаемся с совершенно иной агрессией – страшной, бессмысленной, захлестывающей, неуправляемой… Как же отделить злаки от плевел и мух от котлет?
На самом деле все довольно просто: «здоровая» агрессия целесообразна, то есть затраты энергии на нее вполне соответствуют глобальному закону сохранения энергии. Человек, обладающий природной агрессивностью, обеспечивающей ему выживание и относительное благоденствие, никогда не потратит на свое нападение – помните? – больше энергии, чем требуется для достижения желаемого результата. И правда – зачем? А вот человек с избыточной агрессивностью вполне способен не просто оттолкнуть соперника локтем, а еще и бросить ему через плечо: «Отойди, идиот!». Впрочем, это — самая минимальная из нецелесообразных затрат энергии, возможных в данной ситуации. Не так сложно представить себе и человека, который вернется и спляшет ламбаду на теле поверженного противника…
Иначе говоря, разница между здоровой и избыточной агрессивностью та же, что между хирургом и садистом: первый старается причиняемую боль свести к неизбежному минимуму, второй доводит ее до нестерпимого максимума.
Но тогда возникает совершенно естественный вопрос: а откуда же берется эта самая избыточная агрессивность? Впрочем, ответ столь же прост: оттуда же, откуда берется все избыточное – от страха. От страха наши бабушки запасали соль и спички центнерами. От страха мы кутаем наших детей так, что даже носов не видно. И от страха же мы кидаемся защищаться даже тогда, когда на нас никто не нападает — от страха перед заведомо небезопасным миром, от страха проиграть и обнаружить перед всеми свою беспомощность, несостоятельность, некомпетентность, от страха потерять что-то очень ценное, даже когда никто и не пытается это отнять… Мало ли что нам может привидеться опасного в окружающем мире! Не согласны?
Вариации на тему агрессии. Все эти представления, прочно обосновавшиеся в общественном сознании, успешно воспитали в нас несколько привычных стереотипов обращения с нашей собственной, а заодно и с чужой агрессией. Чтобы прослыть «хорошим человеком» (никто случайно не знает, что это за явление такое – «хороший человек», где он водится и чем отличается от всех прочих?), необходимо выбрать один из предложенных вариантов поведения.
Первый предполагает наличие у вас способности врать всем без исключения, в том числе и себе. Необходимо всю жизнь при каждом удобном случае сообщать окружающим, что вы – человек очень миролюбивый, понятия не имеете, что это за слово такое – агрессия, как она проявляется – даже не представляете, и вообще любите всех вокруг без разбору и меры. В случае нападения извне вам придется обязательно подставить под последующие удары не только вторую щеку, но и все прочие части тела. При этом абсолютно неважно, что зубов у вас (см. выше) практически не осталось, давление зашкаливает, голос прерывается от сдерживаемого негодования, а руки постоянно и самопроизвольно сжимаются в кулаки, даже когда вы объясняетесь непонятливым окружающим в любви. Вы все равно абсолютно убеждены в своей безобидности и трогательной доброте.
Второй вариант предназначен для тех, кому удается врать окружающим, но не себе. В этом случае вам известно, что вы – человек достаточно агрессивный, и вашей главной задачей становится скрыть это от окружающих. Вам придется научиться считать про себя до тысячи (особо темпераментным натурам – до миллиона), прятать руки в карманы каждый раз, когда вы разговариваете с кем-то не слишком симпатичным, привыкнуть говорить тихим и сдержанным (в крайнем случае – сдавленным) голосом и т.п. Взаимоотношения с чужой агрессией строятся по принципу «Марь-Ванна, он первый начал!». А уж когда «он» начал (не исключено, что вы же сами его на это и спровоцировали), — тут уж руки у вас развязаны. Кто не спрятался – вы не виноваты.
Третий вариант обычно используют люди, которые не желают врать не только на словах, но и на деле. Зачем это вы будете сдерживаться и изображать из себя дружелюбие, когда им и не пахнет?! Куда легче заранее создать себе репутацию взрывного и импульсивного добряка – и отпускать себя на волю всякий раз, когда ситуация покажется вам хоть чуточку небезопасной. В самом деле, куда легче напугать заранее – авось не сунутся! В природе это тоже встречается: совершенно безобидное животное, которое до нервной дрожи боится всех и каждого, вполне может иметь ужасающую окраску.
Если вам нравятся подобные игрища – на здоровье. Хотя как раз здоровьем здесь и не пахнет. Чаще всего сил на такие развлечения уходит во много раз больше, чем на то, чтобы честно и откровенно сообщить окружающим, что вы крайне возмущены чем-то…

СТРАХ и ЖЕЛАНИЯ — это всем хорошо известные полярности, и они всегда дополняют друг друга. Сильное желание чего-то вызывает страх этого не иметь, а сильный страх приближает исполнение того, чего боишься.

И иной раз, когда чего-то очень-очень хочешь, и напряжение растет, и понимаешь, что портишь все — как быть? Это очень нехорошо — знать, что ты чего-то хочешь. Это знание рождает ожидания, а они, в свою очередь, приводят к разочарованию.
Как справиться с этим порочным кругом? Не желать страстно? Не ожидать ничего? Легко сказать. Да и утрата надежды — не самое лучшее состояние…

У меня, например, такой способ: фокусироваться не на том, что может произойти, а на том, что могу потерять в результате. И что тогда будет, со мной. И стараться проживать это уже уже сейчас, мыслями и чувствами, как яд в малых дозах — лекарство. Это одно.

А другое — это держать во внимании все время то, что я на самом деле хочу, свои ценности, и без компромиссов! То есть, такие, которые будут актуальны не на один день сегодня, а на долгие годы. Можно на всю жизнь. И рассматривать ситуацию уже из этого состояния: стоит она таких переживаний или нет.

И тогда в свете этих ценностей — в том числе, моей собственной ценности — многие желания (вожделения) затухают сами собой. А настоящее всегда будет со мной, если я верна себе останусь. Возможно, это и есть: Вера, Надежда, Любовь (и мать их София) — как фундамент истинной религиозности.

Но, тем не менее, приходиться признать, что текст, с какой бы ностальгией и нежностью я не относилась к самой песне, как нельзя лучше подходит под художественное описание недуга, который можно назвать «любовная зависимость». И человек, который найдет у себя хотя бы один из указанных в припеве «симптомов» смело может ставить себе этот «диагноз». Это означает, что все самое для него ценное и значимое, сосредоточено в другом человеке, и только в нем. Только о нем он мечтает, к нему стремится. Других «мечт» и стремлений у «любовно-зависимого» просто нет. Зато всегда есть повод для тревоги, ибо тот, кого он зовет «своей судьбой» не всегда находится рядом, и не всегда можно держать под контролем его жизнь, а, значит, и свою. Ибо страдающий данным типом зависимости человек рассматривает жизнь объекта любви, как необходимое условие жизни своей собственной.

Например, в супружеских парах, где существует односторонняя или обоюдная зависимость друг в друге, потребность в «географической» близости с ним (или с ней) может выражаться в постоянно звучащих вариациях на тему: «или мы идем вдвоем, или не идет никто». Просмотр интересной постановки в театре или встреча с добрыми друзьями не состоятся, если пойти туда может только один. В таких парах женщина, страдающая недугом «любовная зависимость» готова убить выходной на футбольном матче, а мужчина, одолеваемый этим же недугом, согласен проскучать на малоинтересной для него выставке или прогулке по парфюмерным магазинам. Совершенно понятно также, что проведение отпуска в разных местах даже не рассматривается, и, если один предпочитает море, а другой пустыню – то это катастрофа. В лучшем случае этот вопрос решается – в этом году на море, в следующем — в пустыню. Но вместе!!!

Во всех перечисленных случаях всепоглощающее желание того, чтобы любимый был рядом, в пределах доступа и контроля, делает для человека невозможным появление каких-либо других желаний и интересов. И даже если возникает некое робкое желание, оно тут же безжалостно отметается, потому, что «вместе» его никак не получается осуществить.

Вообще любовная зависимость, как и любая другая, как ни странно, сильно упрощает существование. Проблема выбора зависимого человека не мучает, ибо выбор для него уже сделан, один и надолго (а порой, навсегда). Все многообразие мира не интересует такого человека, а значит, не надо прилагать усилия, для того чтобы этот мир узнать лучше. Сам для себя он интересен тоже только с одной единственной стороны — насколько привлекателен для своего любимого? Следовательно, тратить силы на то, чтобы «познать самого себя» совершенно необязательно. Жизнь такого человека наполнена смыслом (его не надо искать) правда, ровно до того момента, пока его любимый рядом. Диапазон переживаемых эмоций может быть очень большим, что создает иллюзию полноты жизни. И действительно, человек может пройти путь от эйфории, вызванной близостью любимого, до самого тяжелого отчаяния, связанного с его уходом или длительным отсутствием. По сути, те же эмоции испытывает, например, алкоголик или наркоман. От ощущения радости и благополучия (если доза есть), до чувства полной безысходности в случае ее отсутствия.

Цена этой простоте довольно высока – в случае ухода объекта зависимости жизнь останавливается. В основном, конечно, в переносном смысле (обессмысливается, становится пустой и безрадостной), но бывает, что и в прямом. А вероятность того, что любимый уйдет, очень велика, ибо жить с зависимым в большинстве случаев бывает совершенно невыносимо. И слова «я не могу без тебя жить», «ты – все, что у меня есть», «если ты меня бросишь, я умру (застрелюсь, прыгну с крыши и пр.) в самом начале, может, и ласкают кому-то слух, но впоследствии создают полную иллюзию выстраиваемой вокруг тебя стены.

Избавиться от любовной зависимости, как и от любой другой, можно только тогда, когда человек согласится с тем, что зависимость существует. Когда научится интересоваться и тем, что его окружает, и самим собой и, как не странно это прозвучит, своим любимым тоже! А еще постарается понимать «любовь» таким образом, чтобы в ней не было места зависимости. И тогда, даже если любви суждено уйти, жизнь все равно продолжится, увлекательная и разнообразная!

Скажите честно, Вы видите принципиальную разницу между лозунгами «Народ и партия едины», «Мы– за здоровый образ жизни» и «Надо радоваться жизни»? Лично я – нет. Лозунг, он и есть лозунг. Имеется, но не выполняется. То, что выполняется, обычно зовется иначе – клич, например. Чтобы людей поднять, скажем, на войну, на пожар или на погром, требуется клич. Лозунг не сработает.

Кстати, а почему не сработает? Да потому, что из него непонятно, что это такое – единство партии и народа, зачем это нужно и как это сделать. У лозунга задача принципиально другая. Какая же? Конечно, нельзя говорить про все на свете лозунги, но про лозунг «Надо радоваться жизни» можно сказать вот что. Используется этот лозунг в одном-единственном случае: когда человек к тебе приходит на жизнь жаловаться, а разбираться в том, почему ему плохо, и думать, как ему помочь, у тебя нет никакого желания. Говоришь ему: «Тебе надо просто научиться радоваться жизни», – и дело с концом. Вроде как и от человека не отмахнулся, и ни секунды собственного драгоценного времени и ни калории своей энергии не потратил.

И кто бы этот призыв ни произносил (подруга, психолог, сослуживец или еще кто-то), никакого иного практического значения он не имеет. Все равно ведь ни капельки не ясно, что это значит – радоваться жизни, что это дает и как этому учиться.

Но при этом все как-то подспудно понимают, что радоваться жизни – это, наверное, здорово. Осталось выяснить одно: КАК ЭТО ДЕЛАТЬ.
Мне известны всегоДВА СПОСОБА НАУЧИТЬСЯ РАДОВАТЬСЯ ЖИЗНИ

ПЕРВЫЙ способ состоит в том, чтобы перевести лозунг в статус клича. Основа этого перевода весьма проста.

Вспомните, сколько раз вы говорили: «Да головой-то я все понимаю, только делаю по-другому…» А знаете, почему вы делаете совсем не так, как понимает ваша умная голова? Да потому, что в этот момент ваша голова и ваши чувства понимают ситуацию совершенно по-разному. Вот это и есть лозунг. А клич – это как раз тогда, когда голова и сердце говорят одно и то же. Чувства, они же, как и тело, врать не умеют. Поэтому, уж если они голову в каком-то случае поддерживают, можно не сомневаться, что их совместные планы будут с успехом выполнены.

Значит, всего-то только и нужно, что найти такую формулировку лозунга «Надо радоваться жизни», которая будет поддержана чувствами. Причем поддерживают чувства обычно только то, что они понимают. А вот таких слов, как «надо», «долг» и им подобные, они не понимают. Следовательно, нам необходимо всего-навсего подобрать такие слова, которые для нас были бы не только наполнены каким-то значимым интеллектуальным содержанием, но и столь же значимо и определенно эмоционально окрашены.

Я, например, знаю одного человека, который был свидетелем того, как автомобиль заехал на автобусную остановку и задавил троих. С тех пор этому человеку достаточно произнести про себя фразу «А я жив!» – и он сразу начинает отчаянно радоваться жизни, причем совершенно искренне. Может, не слишком человеколюбиво – но работает же! Да и с человеколюбием еще большой вопрос: он же не сбрасывает на других людей кирпичи и не толкает их под машины, чтобы лишний раз убедиться в том, что сам жив. Одного раза оказалось совершенно достаточно.

Это, понятное дело, вовсе не означает, что любой другой человек, даже тоже ставший свидетелем чьей-то гибели, тоже начнет радоваться, произнеся ту же самую фразу про себя. Весь фокус как раз в том и состоит, чтобы такую фразу найти внутри себя совершенно самостоятельно. И фраза эта может быть невероятно экзотичной, на первый взгляд никак с темой радости жизни не связанной. «Да ну их всех!», «Небо – синее», «Ура!» – все что угодно сгодится, лишь бы оно было в какой-то момент прочувствовано каждой клеточкой тела.

Конечно, в этом способе есть свои ловушки. Например, не стоит путать клич с формулой аутотренинга.Однажды у меня на приеме была 60-летняя женщина с таким букетом болезней, что без внушительной аптечки она из дому не выходила. Так вот она решительно разочаровалась в аутотренинге после того, как в течение месяца твердила себе: «Я с каждым днем становлюсь все моложе, красивее и здоровее». Мы, конечно, все умеем врать себе, но надо же все-таки и меру знать…
Еще одна тонкость клич-технологии: не надо завязывать свой клич на благоприятные обстоятельства. Скажем, фраза «Все будет хорошо» не работает, и все тут! Потому что ВСЕ хорошо не бывает – законы физики не позволяют: если где-то прибавится, то где-то обязательно убавится…
И еще одно: понятно, что для нахождения собственного радостного клича эту радость – настоящую, до глубины души – надо все-таки хоть раз испытать. Иначе опять лозунг получится.
ВТОРОЙ СПОСОБ
еще очевиднее. Вполне достаточно выяснить, какие ваши действия доставляют вам радость, и научиться эти действия осуществлять в любых жизненных обстоятельствах. Ведь совершенно не обязательно радоваться именно тому, что дождик идет или солнце светит. Вы и ваши действия – это тоже жизнь, и если окружающий мир не слишком озабочен тем, чтобы доставлять вам приятные минуты, то уж вы-то сами можете этим озаботиться?
Конечно, в этом случае ваши шансы на успех (в смысле, на постоянную радость от жизни) тем выше, чем больше ваших действий в принципе способны доставить вам радость и чем больше способов осуществлять эти действия, независимо от сложностей жизненной ситуации, у вас имеется. Именно это способно вызвать ехидство скептиков: дескать, а если ничего радость не доставляет? И если невозможно свои «радостные действия» совершать в имеющихся обстоятельствах?
Ответы на эти вопросы, тем не менее, весьма просты. Во-первых, если радость не доставляет ничего, это значит, что радость не доставляет ничего из того, что вы УЖЕ делали. Значит, надо попробовать сделать что-то новое, причем не попробовать сделать, а сделать-таки и сделать хорошо Так, может, сделать что-то совсем неожиданное и НОВОЕ для Вас?